Думаете, генетический тест, показавший у вас 2% неандертальской крови, – это семейный сюрприз? Что ж, попридержите ваши выводы и протрите очки, потому что палеоантропологи из Эфиопии приготовили нам новость, рядом с которой ваши семейные тайны покажутся детским лепетом на лужайке. Оказывается, в нашем родовом древе обнаружился еще один родственничек, да такой загадочный, что впору звать Шерлока Холмса. И нет, это не троюродный дядюшка из Саратова, а гоминид возрастом 2,6 миллиона лет.

Эфиопская стоматология с видом на зарю человечества 🦷

Представьте себе северо-восточную Эфиопию, местность под поэтичным названием Леди-Герару. Пейзаж, достойный кисти Сальвадора Дали: выжженная солнцем земля, суровые скалы, тишина, нарушаемая лишь ветром. Именно здесь, в колыбели человечества, команда ученых из Университета штата Аризона проводила не просто раскопки, а, можно сказать, сеанс планетарной стоматологии. И их улов превзошел все ожидания! Из пыли веков были извлечены на свет божий тринадцать зубов.

Казалось бы, зубы и зубы. Но для антрополога каждый бугорок, каждая фиссура на эмали – это целая повесть. Анализ показал, что перед нами настоящий палеонтологический детектив. Одиннадцать зубов принадлежали одному из первых представителей нашего собственного рода Homo, что уже само по себе прекрасно. Но вот оставшиеся два… Эти два крепких орешка заставили ученых схватиться за головы. Они явно принадлежали австралопитеку, но по своему строению не совпадали ни с одним из известных науке видов, включая знаменитую Люси, найденную, к слову, неподалеку. Так на авансцену истории и вышел наш «таинственный родственник».

Семейная драма в плейстоцене: кто кому Люси? 👨‍👩‍👧‍👦

Давайте на минутку представим себе картину 2,6 миллиона лет назад. Эфиопская долина Афар – это не пустыня, а эдакий плейстоценовый райский сад с реками и саваннами. И в этом саду, судя по всему, кипели нешуточные страсти. Это была не просто линейная эволюция, где один вид плавно перетекал в другой, а настоящая коммунальная квартира! В одном «подъезде» жили ранние Homo, уже осваивавшие мясную диету и, как мы думали, монополизировавшие производство орудий труда. А по соседству, буквально на той же полянке, обитали наши новоявленные кузены-австралопитеки, о которых мы доселе и не подозревали.

Как говорил кот Матроскин, «совместный труд для моей пользы — он объединяет». Но кто с кем трудился и что делил – вот главный вопрос. Эти два вида не просто существовали в одно время в одном месте, они, возможно, конкурировали за ресурсы, а может, и с любопытством поглядывали друг на друга. Наше генеалогическое древо оказалось не стройной яблонькой, а раскидистым кустом с кучей неожиданных веточек. (И это мы еще молчим про денисовцев и прочих хоббитов с острова Флорес!)

А орудия-то чьи? ⛏️

Вишенкой на этом доисторическом торте стала еще одна находка, сделанная рядом с зубами. Археологи откопали древнейшие каменные орудия олдувайской культуры. Это самые примитивные, но оттого не менее гениальные инструменты: простейшие чопперы и отщепы, которыми наши предки разделывали туши и дробили кости. И вот тут начинается самое интересное.

Долгое время считалось аксиомой: «орудия = род Homo». Наш предок Homo habilis, «Человек умелый», получил свое имя как раз за то, что первым взял в руки камень с осмысленной целью. Но находка в Леди-Герару ставит на этой стройной теории большой и жирный знак вопроса. Если рядом с первыми инструментами найдены останки не только Homo, но и «таинственного австралопитека», кто мешал последнему тоже приложить руку… то есть, простите, лапу к производству? Может, именно он и был тем самым новатором? Или они устроили первый в истории человечества кружок «Умелые руки»? Как говаривали в одном известном сериале, «истина где-то рядом», но пока она прячется от нас в слоях плейстоценовой пыли. (Авторский коллектив журнала в этом месте делает задумчивое лицо и почесывает затылок).

***

Каждое такое открытие – не просто пополнение коллекции костей в музее. Это мощный укол смирения и восторга. Он напоминает нам, что наша история куда сложнее, запутаннее и богаче, чем мы привыкли думать. Наш путь к вершине пищевой цепи не был триумфальным маршем одинокого героя. Это была шумная, многолюдная и невероятно интересная дорога, полная экспериментов, тупиковых ветвей и неожиданных попутчиков. И чем больше мы находим таких «таинственных родственников», тем яснее понимаем старую мудрость Сократа: «Я знаю только то, что ничего не знаю». И знаете что? Это чертовски вдохновляет. Ведь это значит, что самые невероятные открытия еще впереди, а наша семейная сага далека от завершения.