Господа, а задумывались ли вы когда-нибудь, что общего у кинофильма и борща? И то, и другое должно быть приготовлено по правильному рецепту, чтобы не вызвать у потребителя, так сказать, духовного несварения. Кажется, именно этой кулинарно-культурной метафорой и руководствовались в нашем уважаемом Министерстве культуры, решив взять на себя роль главного шеф-повара на кинокухне всея Руси.
Минкульт достаёт свой моральный камертон 🎼
Итак, новость дня, достойная пера лучших сатириков прошлого: с 1 марта 2026 года Минкульт получает право отказывать в прокатном удостоверении фильмам, которые, цитируем, «дискредитируют традиционные российские духовно-нравственные ценности». Звучит монументально, не правда ли? Почти как «Оставь надежду, всяк сюда входящий», только для сценаристов.
Раньше в «расстрельный список» попадали лишь картины, открыто воспевающие наркотики, порнографию, жестокость и прочие прелести, которые и так не принято обсуждать за воскресным обедом. Теперь же культурный фильтр становится тоньше и изысканнее. Он будет улавливать не только грубые примеси, но и тончайшие оттенки смыслов, способные бросить тень на светлый лик традиционных устоев.
А что же это за устои? Откроем Указ Президента № 809, этот кладезь мудрости. В списке: жизнь, достоинство, патриотизм, крепкая семья, созидательный труд, приоритет духовного над материальным, гуманизм, историческая память… и ещё полтора десятка прекрасных понятий. Теперь представьте себе режиссёра, который снимает фильм о человеке, мечтающем не о спасении души, а о новом айфоне. Дискредитация приоритета духовного? Вполне! А если герой в сердцах поссорился с тёщей? Подрыв института крепкой семьи! (прим. ред.: надеемся, фильмы о борьбе с ленью всё ещё будут разрешены, иначе как мы будем вдохновляться на созидательный труд?).
Как говаривал вождь мирового пролетариата, «из всех искусств для нас важнейшим является кино». Похоже, фразу восприняли с предельной серьёзностью, решив, что раз оно важнейшее, то и спрос с него должен быть соответствующий.
Операция «Чистый экран» и её стремительные методы 🛡️
Но не цензурой единой! Вместе с новыми полномочиями министерство продемонстрировало чудеса бюрократической оптимизации. Если раньше на уведомление об отказе в прокате у чиновников было целых три дня (можно было успеть подумать, взвесить все «за» и «против», выпить кофе), то теперь вердикт будет выноситься за одни сутки. Молниеносно! Продюсеры, несомненно, оценят такую заботу об их времени и нервных клетках. Зачем томиться в неизвестности, когда можно сразу узнать, что твой многомиллионный проект отправляется на полку для «внутреннего просмотра»?
Вдобавок ко всему, Минкульт сможет самостоятельно корректировать возрастные рейтинги фильмов. Например, если экспертам покажется, что невинная, на первый взгляд, шутка может нанести непоправимую травму неокрепшей детской психике, рейтинг «6+» лёгким движением руки превратится в «18+». Это не цензура, господа, это отеческая забота! Министерство, словно строгий, но любящий родитель, будет решать, что его чадам (то есть нам с вами) смотреть можно, а что — повредит духовному пищеварению.
Кажется, классическая фраза Фёдора Михайловича «красота спасёт мир» получает важное уточнение: «…но только после согласования с экспертной комиссией и получения прокатного удостоверения».
Искусство намёка или великий культурный детокс? 🤔
Что же всё это значит для нашего кинематографа? Возможно, мы стоим на пороге расцвета нового жанра — метафорической притчи. Режиссёрам придётся осваивать эзопов язык с таким мастерством, чтобы проверяющий видел в кадре исключительно патриотизм и семейные ценности, а зритель считывал то, что автор и хотел сказать. (прим. ред.: есть подозрение, что это хитрый план по возрождению интеллектуального кино, заставляющего думать!).
С другой стороны, может, это и есть тот самый «культурный детокс», о котором все говорят? Очищение киноэкранов от всего сомнительного, двусмысленного и заставляющего хмурить брови. Нас ждут кристально чистые, дистиллированные истории о хороших людях, совершающих правильные поступки во имя высоких идеалов. И знаете, в этом есть своя прелесть. Иногда так хочется просто посмотреть фильм, после которого не нужно записываться к психотерапевту.
До 1 марта 2026 года ещё есть время. Режиссёры могут перечитать методички, сценаристы — отточить навык иносказания, а мы, зрители, — запастись попкорном и приготовиться к новому, удивительному киносезону.
В конце концов, любое ограничение — это вызов для настоящего таланта. Истинное искусство, как вода, всегда найдёт себе дорогу, просочившись сквозь самые плотные фильтры и запреты. Великие произведения рождались и в куда более суровых условиях, находя путь к сердцам людей вопреки всему. Ведь главная сила кино — не в спецэффектах и даже не в прямых лозунгах, а в той самой искре, что способна зажечь в душе зрителя ответный огонь. А эту искру, как известно, никаким приказом не регламентируешь и в прокатном удостоверении не пропишешь. Она либо есть, либо её нет. И мы верим, что в нашем кино она есть. 😂
