Эротический тимбилдинг: Как московский офис решил проблему кадрового голода через постель
Знаете ли вы, что в Древнем Риме во время сатурналий рабам разрешалось сидеть за одним столом с господами и даже говорить им всё, что они думают? Современные московские менеджеры пошли дальше. Они решили, что говорить — это слишком мелко. Нужно действовать! И желательно — во имя светлого будущего компании.
В то время как Илон Маск мечтает заселить Марс, одна предприимчивая, но неназванная московская компания (наверняка стартап, у которого вместо кофемашины стоит алтарь плодородия) решила заселить собственный офис. Новость, от которой у кадровиков старой закалки выпадают монокли: руководство официально разрешило интимную близость на корпоративе. Но, как говорил Воланд, «никогда и ничего не просите! Никогда и ничего, и в особенности у тех, кто сильнее вас». Тут просить не надо, тут ставят условия. И условие это поистине гениальное в своем цинизме и дальновидности: разврат должен быть не ради удовольствия, а ради демографии и штатного расписания.
Любовь по KPI: Зачатие как бизнес-процесс
Итак, давайте разберем этот кейс, достойный учебников по MBA (или психиатрии, тут тонкая грань). Суть проста, как трехлинейка: сотрудники могут предаваться страсти прямо под елкой или в переговорной, но только с одной целью — зачать нового сотрудника. Да-да, вы не ослышались. Ребенок, который станет плодом этой «корпоративной любви», должен быть впоследствии трудоустроен в эту же фирму.
Представьте себе этот дивный новый мир! Это вам не банальная премия за перевыполнение плана продаж. Это инвестиция в человеческий капитал в самом буквальном смысле слова. «Плодитесь и размножайтесь», — сказано в Писании, а в новом уставе компании добавлено: «…и приносите справку из роддома для начисления бонусов».
За успешное выполнение этой пикантной задачи (то есть за факт подтвержденной беременности и рождения наследника корпоративного духа) новоиспеченным родителям обещана солидная премия. Видимо, на подгузники с логотипом фирмы. Как тут не вспомнить бессмертное из «Служебного романа»: «У меня дети! У меня их двое: мальчик и… мальчик». Теперь можно будет с гордостью добавлять: «И оба — младшие менеджеры стажеры!»
Кадровый резерв из пеленок
Ирония ситуации зашкаливает. Мы так долго боролись с харассментом, выстраивали личные границы и учили наизусть правила деловой этики, чтобы в 2025 году прийти к тому, что лучшая гарантия лояльности — это кровное родство. Это же практически возвращение к истокам, к феодальному строю, где профессия передавалась от отца к сыну! Только теперь сюзереном выступает Генеральный директор, а вассальная клятва дается в момент зачатия.
Вы только представьте себе диалоги в курилке через 20 лет:
— Петрович, ты как сюда попал?
— Да понимаешь, батя на новогоднем корпоративе 2025-го перебрал шампанского с бухгалтером, и вот я здесь, закрываю квартальный отчет. Судьба!
Это же решает массу проблем! Не нужно тратить бюджеты на HeadHunter, не нужно проводить изнурительные собеседования. Кандидат выращен в пробирке корпоративной культуры, впитал миссию компании с молоком матери (буквально!) и знает, где лежит степлер, еще до того, как научился ходить. «Яблоко от яблони недалеко падает», а будущий начальник отдела логистики недалеко отползает от родительского опенспейса.
Философия горизонтальных связей
Если вдуматься, это невероятно позитивная инициатива. Она возвращает работе человеческое лицо (и другие части тела). В эпоху тотальной цифровизации и удаленки, когда мы видим коллег только в зум-окошках, этот смелый эксперимент призывает нас к реальному, тактильному контакту.
Как говаривал Оскар Уайльд: «Лучший способ избавиться от искушения — поддаться ему». Руководство компании решило не бороться с природой, а возглавить её. Зачем запрещать служебные романы, если их можно монетизировать и поставить на службу KPI? Это же гениально! Вместо скучных тренингов по командообразованию — оргии со смыслом. Вместо «веревочных курсов» — курсы по планированию семьи без отрыва от производства.
Конечно, возникают вопросы технического характера. Будут ли свечи за счет бухгалтерии? Считается ли это переработкой, если процесс затянулся за полночь? И главное — как быть, если ребенок вырастет гуманитарием и захочет стать художником, а компании нужны суровые айтишники? Но это мелочи. Главное — вектор!
Возможно, мы стоим на пороге новой эры трудовых отношений. Эры, где фраза «Мы — одна большая семья» перестанет быть лживым корпоративным штампом и станет пугающей реальностью. Где каждый сотрудник — чей-то сын, дочь или, на худой конец, результат удачного брейншторма в кладовке.
Так давайте же поднимем бокалы (на корпоративе, разумеется) за смелость, за демографию и за то, чтобы работа приносила не только деньги, но и удовольствие. И помните, как говорил барон Мюнхгаузен: «Улыбайтесь, господа! Серьезное лицо — это еще не признак ума. Все глупости на земле делаются именно с этим выражением лица». А дети, как выясняется, делаются с выражением лица крайне заинтересованным в карьерном росте.